«...Я знаю, что будет завтра»
...Современные технологии стратегической конкуренция предписывают как минимум разработать сценарий действий «для себя» и для «того парня». Наш век – это век рефлексивных стратегий: «я знаю то, что знаешь ты», «но я знаю и то, что ты не знаешь».
Фундаментальная осведомленность, очевидно, фактор конкурентной борьбы. Но полученным данным необходимо придать активную форму. Кто сделал лучший мировой и национальный прогноз, тот получил заметный или даже решающий выигрыш в конкурентной борьбе. Кто оказался готов к кризису, имел резервный план и бизнес-задел––тот «на коне». Многие из тех, кто проигнорировал эти высокие технологии, не понял и не предвидел, больше просто не существуют. Тому мы видим массу примеров, что позволяет считать разработку сценариев и стратегический анализ важнейшей составляющей конкурентной разведки и стратегического управления в целом. Мировой сценарий «неуправляем», к нему нужно быть готовым. Внутренний сценарий в большей степени предсказуем и управляем. Сценарий конкурента неуправляем, но... на него можно повлиять.
...Наша «герменевтика» предполагает фундаментальную научную базу прогнозирования и разработки сценариев. Мы отвергаем астрологию, экстрасенсов, гадание и даже сами торсионные поля. Мировой сценарий и так достаточно загадочен и ставит множество научных проблем. Однако строгий и высокоразвитый методологический (математизированный) аппарат здесь недостаточен. Необходим еще один, интерпретирующий структуру, логику и динамику коллизий и компромиссов, линию поведения конкурентов. Большой интерес представляют ситуации, когда процесс или задача формализуется и вычисляется (мы такие случаи мы «собираем»). Но в большинстве ситуаций реальность транслируется методами среднего уровня сложности через понимание и аналитический язык. Это факт хорошо известен, но по-прежнему представляет основное содержание проблем прогнозирования. В идеале необходимы фундаментальные исследования мировой динамики, но в корпоративном формате мы ставим ограниченную задачу–– не ошибиться в основном, не пропустить очевидное. В этих условиях разработка сценариев для себя и конкурента дает адекватную «картину мира»...
...Таким образом, мы предоставляем заказчику сценарий и всю его периферию от идей и концепции до линейки имитационных моделей. Это означает, что мы предоставляем прогноз («Я знаю, что будет завтра; я знаю, что произойдет»)....
Эта услуга «не для всех», поскольку предполагает вовлеченность фирмы в «большую игру», осведомленность в современных эвристических доктринах. И понимание границ применимости метода, достоверности любых прогнозов. Речь практически идет о способности фирмы и ее службы выработать собственную культуру предвидения и сценирования. Мы рады предоставлять наши достижения государственным корпорациям и крупнейшим концернам, но наибольшую адаптивность проявляют фирмы в частном владении.
Наши эвристические методы предназначены для тех, кто настолько продвинут и амбициозен, что хочет знать будущее и «несуществующее», то, что скрыто и «нереально».
«Не верьте никаким прогнозам» – любит повторять известный политолог из Института США и Канады РАН А. И. Уткин. Но это не означает отказать себе в том, чтобы немного подумать. .
Будущее как бизнес
Сценарий––это качественное описание, общая картина будущего, поддержанная моделями и вычислениями. Он возникает и на стыке понимания и расчетов. Нефть в нестоящее время вновь почти «сверхдорогая», однако над мировом сообществом витает призрак риска катастрофического падения цен на нефть. Дело в частности, в том, что мы точно не знаем сколько нефти на шельфах. (А чтотесли она и вовсе имеет абиогенную природу?) Бывают моменты, когда едва ли не каждый день поступают сообщения об открытии гигантских месторождений на шельфах морей. Они трудноизвлекаемы, что гарантирует нижнюю границу себестоимости. Причем как при росте, так и падении мирового потребления.
В тоже время как быстро цены на нефть серьезным ограничителем мирового экономического роста. Как быстро пойдет процесс развития альтернативной энергетики? Это имеет решающее значение. Если такой процесс пойдет быстро, что возможно главным образом в условиях экономического роста, гарантирующего устойчивый спрос на энергоносители (этот дорогостоящий процесс требует большого объема ресурсов). Вызванная ростом альтернативных мощностей тенденция к снижению (стабилизации) цен на нефть гарантирует ее долю в мировом энергобалансе. Если все пойдет медленно, то энергетическая сфера станет ограничителем мирового развития, поскольку эффект от альтернативной энергетики будет недополучен, а энергоносители останутся в дефиците. Скорость замещения зависит от их эффективности, а это величина прогнозируемая и вычислимая. С нашей точки зрения именно она является важным «ключем к завтра».
Но даже не эти обстоятельства станут определяющими. Торможение технологического развития, снижение производительной силы, исчезновение сегментов быстрого роста в экономике США и Западной Европы сыграют свою роль. Новые агрессоры –– Китай и вся Азия обесценивают усилия США по выходу из кризиса, оккупируя их внутренние рынки, пользуясь чужими мерами стимулирования. И создают свои. Даже если обнаружат 100 сверхкрупных месторождений на шельфах, мир не стабилизируется «назад».
Существуют фундаментальные структурные характеристики и процессы, которые предопределяют общую картину сценарных процессов. Изучения природы сил и ресурсов отличает наш подход от любой интерпретации мировых шахмат. Мы стремятся уйти от умозрительного прожектерства—значение имеют факты, документы и статистические данные.
Чтобы избегать «впадения в кризис», паралича воли, которые пережили в кризис даже наши самые сильные индустриальные группы и политические штабы, необходимо создание потенциала предвидения, перспективного планирования, разработка резервных и альтернативных планов действий. Эти риски также включены в пакет наших сценариев и прогнозов.
О мистике и науке
Какова в «стратегировании» и «сценировании» роль специальных научно-аналитических методологий? Очевидно, существует общая конструкция и логика этих процессов. Однако можно еще проще. Здесь помогает наложение ленты новостей на базовый сценарий, укрупненные гипотезы и группу имитационных моделей. Фильтрация статистики и новостей проливает свет на скрытый смысл происходящих процессов, на теневой сценарий, который сплошь и рядом прочитывается по контексту.
Мы, вообще говоря, конспирологи – верим в негласные сговоры и альянсы. «ЦРУ существует». Однако события 11 сентября были чрезвычайно плохо законспирированы и независимые аналитики их незамедлительно «расшифровали». Сценарии и замыслы основных силовых группировок нередко прочитываются просто по ленте новостей. Невидимый мир легко делается явным. В свою очередь, возможности любых теневых сил, заговоров, манипулирование «революциями, войной и миром» ограничены. Ведь люди не боги.
С нашей точки зрения именно эти фундаментальные ограничения представляют наибольший интерес как антитезис стратегии провокаций и авантюр. Тогда скрытый смысл сценариев и панорам будущего объясняют аналитические доктрины. Мы не футурологи. Мы экономисты и политологи, математики и... «шпионы». Естественно взгляд в будущее должен быть системным, но на основе ясного метода, а не гаданий на кофейной гуще.
Наличие политического и экономического плана каких-либо сил представляет собой как бы необходимое, а объективные ограничители всех видов ––достаточное условие наблюдаемого сценария. Этих вводных вполне достаточно, чтобы наблюдать как скоро провалится очередной западный сценарий по Большому Ближнему Востоку. Этому предшествовала целая серия предвестников, начиная с замечательной «Абу-Гараиб». Остается только наблюдать, как силы НАТО увязают в безнадежной стратегии, начатой сходя из иллюзии возможности мировой победы. Не вызывает сомнение, что данная иллюзия была вычислена и «подтверждена» компьютерами Пентагона, ЦРУ и благотворительных (весьма) фондов.
Дело в том, что их методы оказались недостаточны и несовершенны, как, например, моделирование Мерилл-Линч, которое проявило свою неспособность не только в предсказании, но и наблюдении за кризисом, его понимании и контроле. Не то мы с вами. Россияне (кроме руководителей) знали все. Поэтому ожесточенно брали в кредит, покупали ипотеку, много тратили последние деньги и путешествовали за рубежом. Лично мы предупредили своих клиентов о наступающем кризисе «с неясной этиологией», но никто не оказался в силах нам поверить. Теперь поверили, «но было уже поздно...». Для тех, кто ожидал кризис, его наступление легко подтверждалось по серии предвестников на ленте новостей и в статистически данных, когда политическая и экономическая обстановка вокруг главного мирового актора (США) явно ухудшалась.
Поэтому мы призываем опираться на научный фундамент. Впрочем, возможно, у оппонентов просто не было иной возможности, кроме глобальных агрессивных авантюр. Но это не наш вопрос. Мы смогли многое вычислить и предвидеть.
А что у нас?
С нашей точки зрения лучшей стратегической игрой и «спасением» России в структурном плане является два вида технологий—экономическое планирование и разработка и производство ключевых комплексов машин и оборудования (технологических, энергетических, транспортных, боевых, информационных), т.е. то, что мы как раз упускаем. У Кремля есть добросовестные планы по модернизации страны, но они пока практически не состоялись. У этого много причин. Лично мы знаем, каким должен быть эффективный структурный сценарий. Вообще, мы определяем судьбу тех или иных начинаний по своеобразному измерителю –– отклонение от обоснованной необходимости, от некоторого опорного рационального сценария. Именно поэтому «курс Путина» был обречен как минимум на трансформацию (мы бы сказали –нужна фундаментальная разработка вопроса). Очевидно, амбициозные цели для страны необходимы, равно как политическая мобилизация в поддержку модернизации, прогресса и развития.
Таким образом, мы прибегаем к следующему приему «волевой» сценарий (фактическая политика) оценивается с точки зрения структурного (т.е. научно- обоснованного, вычисленного, рационального). При этом «высокие цели» вовсе не есть обязательно отрыв от реальности. Наоборот, политическая и экономическая мобилизация –– необходимо условие конкурентоспособности и выживания. Народ, популяционный процесс выступает и как фактор «субъективной» политики властей и «объективного» (наилучшего) политико-экономического сценария.
Однако, в чем заключаются разработка и программирования сценария для обычной фирмы? Очевидно это не бизнес-план, хотя сценарии в конечно счете реализуются через бизнес-планы. Это сжатая или обобщенная картина (модель) операций фирмы с учетом сокращенного описания внешней среды. Существуют развернутые методологии принятия решений. Все они играют свою определенную роль. Но мы считаем, что если у фирмы нет возможности идти по длинному пути разработки стратегического сценария, можно и нужно идти по короткому. Более того, сокращенные или концептуальные исследования сопровождают полный цикл сценирования, причем именно сокращенный путь нередко дает наилучшее понимание и находит необходимые решения и варианты.
Программирование сценария в обычных условиях для обычной крупной фирмы предполагает поиск и расширение своих деловых возможностей в данных условиях среды с учетом ограничителей и перспективы. Последствия нарушения этой нехитрой формулы находит множество подтверждений. Офисы в московском Сити продаются плохо––их устроители не учли глобальный ограничитель исходя из общей логики мировых и национальных процессов; Предприятие вложило деньги в автодром в «для всех видов гонок кроме Формула 1», перекачивая ресурсы из своего технологического бизнеса. Ожидалась острая конкуренция производителей «на крупнейшем в Европе автомобильном рынке». В результате нет «ни формулы 1», ни технологического бизнеса; Автомобильное предприятия не обновило модельный ряд, сэкономив за счет эксплуатации «исторической платформы»; Предприятие непосредственно перед кризисом создало огромные мощности по строительным материалам, а не вложилось в НИОКР, проигнорировав неограниченные возможности научно-технологической сферы РФ в области машиностроения, производства оборудования и машин;
При создании индустрии промышленной сборки в РФ (автомобилестроение, авиастроение) не сценировались процессы девальвации, когда ее интересы вступают в конфликт с девальвацией как «лекарства от кризиса». Предприятие подготовило выпуск морально устаревшей модели автомобиля завышенного потребительского класса. Это все признаки отсутствия глобального потенциала по предвидению и научному анализу. Вели себя так, как будто рост экономики рост будет вечным.
... Но дальше –хуже. На протяжении последних десятилетий страна ликвидировала надежную систему управления оборонно-промышленным комплексом, лишив себя ключевых средств обороны. Она закрывает малые сельские школы, огородила селян, застроила аграрные территории ненужными фешенебельными инфраструктурами. Сделала невозможным нормальную жизнь в крупнейших городах. Понизила уровень подготовки кадров и специалистов в целом. Такова реальность наших сценариев. К сожалению, она имеет отношение к бизнесу. Ведь бизнес если это не «ничего не предпринимающие предприниматели». Он требует перспективных рынков, новых горизонтов, идей, морального благополучия.
Теперь наступило послекризисное время ––то дальше? Что ожидать? Будет или нет третья волна кризиса? Как отделить чью-то инсценировку от фатальной реальности? Многие ответы есть в сети. Многие вопросы требуют расчетов и моделей.
Как минимум мы можем помочь вычислить игру политических сил, уровней управления, своих и внешних конкурентов. Как максимум существенно поднять качество управления фирмы, ее деловой политики и оперативных механизмов.
Продукт: сценарий
«Пакет» услуг сценирования для фирмы, для служб конкурентной разведки состоит в следующем:
1). Разработка укрупненной модели операций фирмы и ее внешней конкурентной и общеэкономической среды;
2). Разработка детализованной модели операций фирмы (серия моделей –– «дорожная карта» всех проектов и элементов бизнес-системы компании на основе имитационных моделей бизнес-процессов и промышленной динамики фирмы в целом);
Основным документом выступает описательный сценарий –– разработка аналитического материала. Исходным пунктом сценария как продукта значится обобщенная картина операций фирмы в обобщенных внешних условиях.
Серия моделей –– это солидная база, субстрат сценирования. Дальше мы начинаем его «склонять», вырабатывая варианты действий и закономерностей. Подключаются функции поиска оптимальных решений и другие структурные опционы (экстраполяция, случайный поиск, пиковые испытания и вероятностные риски). Отрабатываются различные гипотезы по управлению, структурирования и конфигурациям бизнеса. Процесс имеет свою технологию и модификации, в которые мы не будем здесь углубляться. Интересным является то, что построение общей картины операций фирмы сопровождается серией имитационных моделей. Производятся имитационные модели финансовых потоков, ресурсов фирмы, ее логистики, системы продаж и производственных процессов, найма персонала.
Цель–– повышение уровня информированности и понимания, выявления различных вариантов стратегического управления и бизнес-решений, улучшения деятельности служб фирмы. В принципе уже в стандартной поставке мы рекомендуем сделать сценарий, модель всех конкурентов фирмы. Толька тогда общая картина станет относительно полной. Для служб конкурентной разведки сценирование конкурентной среды является главным приоритетом. Накопление знаний о конкуренте тоже целесообразно проводить с помощью имитационной модели. Она позволит составить представление о самом сокровенном—структуре производственных издержек, финансовом потенциале, инвестиционных приоритетах.
Для крупной высокотехнологической фирмы–– актуально восстановить в деталях картину технической и коммерческой стратегии мировых игроков, выявить цели и приоритеты, организовать политический эшелон промышленно-технологических стратегий (формирование промышленной и отраслевой политики).
Невозможно достичь крупных промышленно-технологических целей вне общенациональной промышленной стратегии. Этот факт признают наши разработчики сценариев и прогнозов. Такие стратегии не раз провозглашались и даже финансировались. Но если интересно, почему они не состоятся–– тогда к нам. Кстати, а какой сценарий наиболее верный? Почему выглядит нежизнеспособной «ОАК»? «Ростехнологии», «Роснано»? А что тогда, если не это? Это тоже у нас. Если немного интересно будущее – мы в вашем распоряжении.
....Даже самая общая информация о конкуренте дает возможноcть поcтроить весьма интересный сценарий, дающий представление о его возможностях и альтернативах. Сценарий в свою очередь позволяет восстановить недостающие данные, а также как бы взглянуть на обстановку «глазами врага».
Особый интерес представляют задачи об иностранном конкуренте. Здесь все иное –– иное мышление, механизм принятия решений, статистические параметры и отношения бизнеса, институциональные взаимодействия. Но для того и существует корпоративная разведка...
...Какова роль специальных и высокотехнологических методов математического анализа в нашей работе? Такая роль, очевидно, чрезвычайно существенна и перспективна. Но именно этот вопрос стал центральным в нашей стратегии. «Все что я могу –– это немного думать», ––говорил Нильс Бор.
Сейчас мы предлагаем моделирование операций и бизнес-процессов, ситуационный анализ не так, как это делают другие фирмы. Мы стремимся к конкретному предсказательному и прогностическому результату, даже если компания не способна сформировать заказ, определить свою позицию, у нее нет стратегических интересов, она плохо управляема и не располагает развитым интеллектом. Не для галочки наши сценарии и прогнозы. Помимо нашей постоянной команды мы пригласим с нашей точки зрения лучших специалистов, ибо для нас нет иной цели, кроме реального результата.
Исследованные добросовестно, статистические зависимости не могут обмануть. Мы хотим знать будущее. Тогда мы победим. Тогда Вы победите.
Заключение
У нас нет никакого магического куба, кроме самого подхода, группы методов и инструментов, опыта и знания наших конфидентов. В целом у нас те же инструменты, что и у всех – нейронные сети, системная динамика, ИММОД. Однако квзинейронными сетями «нашего» типа и настоящим брейнпьютером (ассиметричная нейронная сеть) не располагает ни одна лаборатория мира. Компетенции сверхбольших ЭВМ тоже большая редкость. Однако мы принципиально считаем, что наше знание –– не физические и математические модели. Бифуркации и матаппарат фазовых переходов, как и любые пороговые алгоритмические конструкции, полезны и эффективны и могут быть применены, но не более, чем другие продуктивные математические приемы. Наши возможности построены на ассоциировании знаний, прогнозировании, реагировании на изменившийся статус. Мы производим научный поиск базовых процессов и тенденций, на который накладываются воля и ошибки людей. Виртуозное владение сетевым поиском доставит необходимые исходные знания для любого сценария или модели. Компетенции в области моделирования идут рука об руку с нашими компетенциями по поиску информации
Для концепции программирование сценариев перспективен ряд математических методов исследования операций и теории игр, но в нашей адаптированной версии. Базовая логика целевого программирования необходима для строгой организации целевого сценария, адаптированного для понимания. Без радикального упрощения метода, конструкции сценария и его содержания было бы затруднено подключение разнообразной периферии.
Имитационное моделирование отвечает за задачи операционного уровня— ресурсы и финансовые потоки, бюджетирование и логистику, функционирование машин и систем. Мы можем проанализировать бизнес в целом как систему, если менеджмент готов к такому повороту. Мы владеем методологиями сбалансированной системы показателей, SWOT, SEMMA, PEST и т.д и т.п., но отходим от них и переходим к существу вопроса, к пониманию вещей. (Особенно они не нужны для конкурентной разведки–– ведь она должна «выдавать» ясные результаты).
Любая стандартная парадигма рассматривается только с точки зрения ее эффективности. Выбирается лучший прием и метод. Ограничений не существует. Но по «минимальной программе» вы просто можете наблюдать свою реальность в развитии и в различных вариантах, изменять код условий и целей. Делать, что захотите. По большому счету мы только помогаем, предоставляем возможности и идеи. Цель ––научить.
В конце концов «программирование сценариев» –– это для самых развитых спецслужб, самых выдающихся деятелей и специалистов, для мощных авторитетных структур управления. Приходите изучать. Мы работаем не так как ИМЭМО или МГИМО, не как ГУ-ВШЭ. Мы считаем в некоторых отношениях это похоже на Хьюстон и Стэнфорд, но тоже выглядит несколько иначе (эти последние много ошибаются в последнее время). Еще это похоже на Институт США и Канады АН СССР времен академика Георгия Арбатова. Меньше математики, больше безошибочного понимания. Программа AnyLogic–– российская по жизни и происхождению, Neuroshell–– практически тоже. Пакет AnyLogic купили и Боинг и Пентангон и длинный список им подобных. Квизинейронные сети и брэйнпьютер есть только у нас, суперкомпьтеры есть еще в США, Японии, Индии и будут в Китае (...и хватит).
Программа «Лавина» американская, но применяют-то ее наши люди. Отсюда и результат.
